Край тяжёлой шторы слегка колыхнулся, потом показалась чёрная лапа, слегка отодвинувшая штору, за ней в образовавшуюся щель протиснулись ухо, один глаз и роскошные усы…
В дремучем, дремучем лесу, посреди живописной поляны стояла крепко сбитая бревенчатая избушка…
В избушке, за массивным круглым столом сидела девочка-подросток и усиленно вглядывалась в широкую плошку с тёмной водой.
На широком подоконнике, свесив одну лапу, возлежал большой чёрный кот.
– Хватит пялиться, ничего ты там не увидишь! – лениво протянул кот.
– Отстань! – буркнула девочка.
– Мммм, – кот смачно лизнул свою лапу и всё так же протяжно молвил: – Лизаветта, ты упряма, как осёл, твердолоба, как баран, и слепа, как крот.
– А ты – Бармалей!
Кот зашипел, привстал и, спрыгнув с подоконника, растаял в воздухе, объявившись во всей красе рядом с плошкой, в которую, надувая щёки и сердито сопя, вглядывалась девочка.
Чёрная лапа мелькнула в воздухе, и плошка, перевернувшись, вылила своё содержимое на колени и грудь девочки. По всем признакам эта ссора должна была закончиться сердитым криком девчонки, но нет…
Лиза облокотилась на резную спинку старинного стула, тяжело выдохнула, и, когда щёки сдулись, перед котом предстала симпатичная мордашка с курносым носом и пронзительно голубыми глазами.
– Перестань маяться ерундой! Ты не ведьма, ты – чародейка! Такой уродилась, и это уже не исправить, – кот сочувственно вздохнул и улыбнулся, – твое дело не ведать, а наводить.
– И что мне делать? Завтра испытание. Бабуля сказала, если не выдержу, то отлучит от семейного дела, – на глазах девочки появились слёзы.
– Бабка твоя – тот ещё ретроград. А ты ничего не бойся, у тебя своя дорога, свой путь. И потом, а я на что? Зоряна не зря тебя тогда отстояла, и наставника лучшего выбила, вот, – кот поманил девочку лапой, достал из воздуха большой носовой платок, промокнул девичьи слёзы.
– Была бы мама, – всхлипнула Лиза.
– Это да, была бы Властилена, было бы проще, но чего уж там… Ладно, не будем о печальном, давай-ка лучше умойся, переоденься, да повторим ещё раз наш план, – развеяв платок, предложил кот.
*****
Лизавета родилась в семье потомственных ведьм. Только вот отцом её был настоящий чародей. В него она и уродилась: и внешностью, и даром.
Мурана, бабка Лизы, дочь свою чуть не прибила за любовь к Святогору, но та поругалась с матерью и ушла из дому.
Жили они со Святогором дружно, с любовью и уважением. Властилена хоть и была ведьмой, но зла людям не делала, всё больше лечила да удачу посылала.
Когда Лизавета родилась, стало понятно, что ведьмы с неё не получится. Улыбкой своей она мир озаряла, глаза теплом и любовью лучились. Мурана злилась, но по-своему внучку любила.
Лизе только семь лет исполнилось, когда родители её пропали без вести в Серой пустоши. Говорят, их туда коварством и ворожбой чёрной Будаг заманил.
Сватался он к Властилене, да только отказала она ему, да ещё и посмеялась и над ростом его, и над длинным носом. Вот он злобу и затаил, и отомстил, когда никто уже не ждал. Впрочем, ясных доказательств коварства колдуна не было…
Лиза на попечении бабки осталась, а та дома — ведьма ведьмой, на людях — заботливая и любящая бабушка.
Невысокая, слегка полноватая, Мурана внешне не была похожа на классическую ведьму, и только тёмно-зелёные глаза выдавали в ней женщину умную, властную и непростую.
Она всё хотела, чтоб и Лиза такой же стала, а та песни весёлые пела и никакие заговоры у неё не получались. Зато махнёт рукой, посмотрит, забавно прищурившись, и на тебе, бабочки в пляс пошли, а соловьи хором заливаются.
Да и внешность у неё была такая, что люди невольно улыбались светлой, улыбчивой и симпатичной девочке.
Бабка и так, и этак внучку к ведьмину делу приучить пыталась, но ничего у неё не получалось, только Лизку против себя настраивала.
К тринадцати Лизкиным годам совсем чужими стали бабка с внучкой…
Зоряна прознала про их противостояние и обеих к себе в гости пригласила.
Разговор долгий был. При этом обе женщины сидели в креслах, а Лиза стояла, как провинившаяся. Она украдкой поглядывала на Зоряну и восхищалась.
Высокая, стройная, с гордо посаженной головой, всегда в платьях из мягкого бархата или из тонкого шёлка, она была для неё эталоном утончённой женственности и чарующей грациозности.
Результатом беседы стало назначение для Лизы наставника.
– Да кто ж её наставлять возьмётся, она ж другого поля ягода, – огорчённо вздохнула бабка Лизы.
– Есть у меня одна кандидатура. Как раз для чародейки, – улыбнулась Зоряна и подмигнула Лизе.
Главная ведьма ковена посмотрела на окно, занавешенное тяжёлыми бордовыми портьерами. Скромно кашлянула, прикрыв рот рукой, и ласково сказала:
– Котофей, покажись уже. Ты всё слышал, что скажешь?
Край тяжёлой шторы слегка колыхнулся, потом показалась чёрная лапа, слегка отодвинувшая штору, за ней в образовавшуюся щель протиснулись ухо, один жёлтый глаз и роскошные усы.
Через миг вся эта красота материализовалась на коленях Зоряны.
– Ох, – притворно придохнула ведьма, – что-то ты поправился, Котя.
— Хорошего кота должно быть много! – промурлыкал Котофей.
Бабка смотрела на кота с плохо скрываемым раздражением, но молчала. Лиза с интересом рассматривала животное, не удивляясь его разговорчивости, и не такое видала.
– Возьмёшься за обучение? – спросила Зоряна кота.
– Тяжёлый случай, – вздохнул тот и чисто по-человечески почесал передней лапой загривок.
Шерсть на голове вздыбилась, усы торчат, глаза сверкают. Лизка не выдержала, хихикнула и ляпнула:
– Прям Бармалей какой-то.
Кот спрыгнул с колен ведьмы, тяжёлой поступью подошёл к Лизе и, увеличившись в размере, с явным удовольствием шлёпнул массивной лапой по пятой точке.
Девочка, не ожидавшая такого, пробежала несколько шагов и упёрлась в стенку.
Развернувшись, она стала наступать на кота, сжимая кулачки и надрывно пыхтя от обиды. Кот фыркнул в усы, махнул лапой, и Лиза застыла на месте.
– Смелая, гордая, но глупая. Что ж, будем учить, – согласился кот и принял свои обычные размеры, – только жить будет у меня. Незачем ей на ведьмины дела пялиться да переживать. У неё свой путь.
– Так и порешим, – завершила разговор Зоряна.
*****
Через два дня, собрав свои нехитрые пожитки, Лиза оказалась в дремучем, дремучем лесу, в уютной избушке, в гостях у Котофея-Бармалея. И началось её обучение.
В обучение входило поддержание чистоты в доме, готовка, стирка, походы по грибы и ягоды, заготовка дров.
Все процессы проходили под строгим взглядом кота, который то лежал на подоконнике, то на печи, то на крыльце.
– Ох, какая ты криворукая. У чародейки руки должны как крылья порхать и летать, а у тебя что? Как ты заклинания всякие творить будешь?
Два года Лиза занималась хозяйством, училась, и не только чародейству…
Порой она удивлялась, обнаруживая в доме продукты, которые она не взращивала и не собирала. Девочка подозревала, что кто-то помогает коту, но ни разу никого не заметила, как ни старалась.
Котофей был кладезем знаний во многих областях, и он щедро отдавал их своей ученице. Правда, и требовал строго.
Иногда, в редкие минуты одиночества, Лиза грустила. Ей не хватало общения со сверстниками, хотелось просто потанцевать, или поиграть, или почитать незатейливую книжицу.
Но всю её грусть компенсировали вечерние разговоры с Котофеем.
Вечером, за полчаса до сна она уютно устраивалась на своей простенькой кроватке с лоскутным одеялом и пышной подушкой, и, затаив дыхание, ждала, когда к ней присоединится наставник.
Котофей запрыгивал на кровать без всяких эффектов, как обычный домашний котик, пристраивался к тёплому боку девочки и начиналось настоящее волшебство…
Они говорили обо всём и обо всех: о дальних странах и ближних деревнях, о диковинных животных и обитателях дремучего леса, о добрых и злых людях.
Каждую субботу Котофей рассказывал Лизе очередную сказку или небылицу. Сам ли он их придумывал или от кого-то услышал, не важно, главное, что все они заканчивались хорошо.
И Лиза засыпала со счастливой улыбкой на лице. А Котофей, дождавшись, когда девочка тихонько засопит, уходя в глубокий сон, смотрел на неё совсем человеческими глазами и тепло улыбался в свои роскошные усы.
Он спрыгивал с кровати и шёл к печке, забирался, чтобы погреть свои старые косточки, и засыпал, счастливый от того, что у него есть такая замечательная ученица.
*****
Для сегодняшнего вечера Котофей приберёг особую сказку, в которой юная чародейка стала сильной волшебницей и принесла много добра людям. И люди уважали её и любили, и всё у неё было хорошо.
Когда сказка закончилась, Лиза не спала. Она с упрёком посмотрела на Котофея и сказала:
– Мог бы просто пожелать удачи, а не придумывать того, чего не будет.
Она отвернулась от него, но он успел заметить слёзы в её синих глазах. Накрывшись одеялом с головой, Лиза театрально засопела.
Кот вздохнул, подоткнул одеяло ей под бок и, махнув хвостом, занял своё место на печке.
Завтра их ждёт не просто испытание, завтра их ждёт неравный бой за будущее этой светлой девчонки…
Девочка непроизвольно сложила руки, поддавшись своим воспоминанием, и у неё на руках материализовался чёрный крольчонок, быстро грызущий кусочек морковки…
Едва ли выспавшись, Елизавета проснулась с непроходящей тревогой на душе.
Открыв глаза, она их снова зажмурила, не поверив увиденному: на спинке стула висело платье.
Нежно-голубое, с белым кружевным воротничком, рукавами-фонариками и пышной юбкой, оно выглядело потрясающе.
На столе, над стулом с платьем, возвышалась фигура сидящего Котофея.
– Спасибо! – прошептала Лиза.
– Не мне говори, – усмехнулся наставник, – это Мурана.
Вот тут у Лизы случился шок. Не ожидала она от бабки такого.
– Не удивляйся. Она любит тебя, ты у неё единственная. Да, злится, что не ведьмой уродилась, но любит и переживает. Ладно, не время сейчас в чувствах копаться, вставай, собирайся, пора.
Кот спрыгнул со стола и ушёл на поляну.
*****
В зале советов ковена собрались пять самых сильных и авторитетных ведьм. Они расположились по одну сторону массивного деревянного стола и тихо о чём-то переговаривались.
На вошедших в зал Лизу и Котофея было брошено несколько взглядов, и всё…
В центре сидела Зоряна, и все обратили свои взоры на неё.
– Нет нужды повторять, для чего мы собрались. И представлять испытуемую я не буду. Два тайных совета дали все ответы на эти вопросы.
Напоминаю, каждая из вас может предложить только одно испытание. По факту исполнения будет вынесен вердикт, – Зоряна говорила строгим, чётким голосом, глядя на Лизу.
А Лиза стояла перед ведьмами, одетыми в тёмные одежды, сверкая своим голубым платьем и такими же голубыми глазами.
Поначалу она немного испугалась торжественности и строгости момента, но потом, почувствовав тёплый бок Котофея у своей ноги, успокоилась.
После вступительного слова Зоряны ни одна из ведьм не выразила своего отношения к происходящему ни словом, ни эмоцией. Испытание началось…
Первой своё задание озвучила Лесовея. Милая внешность, лёгкое изумрудное платье, располагающая улыбка. Лиза расслабилась.
Лесовея выставила перед Лизой горшочек с ростком в три листка и попросила девочку ускорить рост растения.
Лиза подошла к цветку, ласково погладила его листочек, наклонилась, что-то шепнула, улыбнулась. Все с интересом и небольшим скепсисом наблюдали за действиями девочки.
Вдруг перед взором ведьм бурно расцвёл куст пышных хризантем, и маленький горшочек не выдержал его тяжести и завалился на бок, а потом раздался недовольный вопль цветка.
Ведьмы шарахнулись от стола, упёршись спинами в высокие резные спинки стульев, на которых они так торжественно восседали.
Явно не ожидала такого эффекта и сама Лиза. Она стояла, жалостливо глядя на цветок, а на её щеках разливался стыдливый румянец.
Только Зоряна сохранила невозмутимый вид, улыбаясь одними глазами, а ещё никто не услышал тихий смешок Котофея.
– Первое испытание успешно пройдено. Следующая! – поторопила Зоряна испытателей.
Следующей была Миранда. Одетая в темно-бордовое платье, с белой прядью среди густых чёрных волос, она пугала Лизу своим пронзительным взглядом. Казалось, что в тело впиваются тысячи иголок…
Девочку передёрнуло, а Миранда хищно улыбнулась и выставила на стол горшочек с едва тлеющими углями.
– Позови огонь, – сказала она Лизе.
Все застыли в ожидании. Куст хризантем смог удивить опытных ведьм, и они подспудно ждали, что и с огнём будет что-то интересное и неожиданное. И дождались.
Юная чародейка взяла горшочек с углями в руки. Он был тёплым, но не обжигающим.
Она мысленно дотронулась до угольков, представила яркую картинку, и на поверхности углей появилась огненная саламандра.
Лиза поставила горшочек на стол, и все увидели, как саламандра кружится на углях, вороша их хвостом и лапками. Угольки покраснели и между ними заплясал огонёк.
Миранда скривила губы, отняла руки от стола, которые она положила, когда рассматривала содержимое горшочка.
– Принято, – прошипела она.
Котофей мурлыкнул, Зоряна улыбнулась и предложила следующей ведьме озвучить своё задание…
Но Меланья, владеющая даром призыва животных, не спешила давать задание. Она внимательно посмотрела на Лизу и спросила:
– Ты когда-нибудь заводила себе питомца? Кошечку, собачку?
– Неет, – смущённо ответила Лиза.
– А хотела бы? – продолжила Меланья.
– Не знаю, – промолвила девочка.
Она не понимала, чего от неё хочет старшая ведьма, и очень боялась провалить испытание. Мысли смешались, Лиза вспомнила, как тайком наблюдала за игрой зайчат в лесу, и как ей очень хотелось подержать одного из них на руках…
Девочка непроизвольно сложила руки, поддавшись своим воспоминанием, и у неё на руках материализовался чёрный крольчонок, быстро грызущий кусочек морковки.
Кое-кто ахнул. Лиза так и стояла с крольчонком на руках, не понимая, откуда он взялся. Она прижала его, чтоб не упал.
Ведьмы зашушукались. Но тут дверь в зал распахнулась и на пороге появилась крупная женщина в белом переднике и с морковкой в руках.
– Зоряна! – вскричала она, – Верните кролика! Замучили со своим колдовством: то плюшки с блюда убегают, то укроп с петрушкой в букетики собираются, то вода сама по себе закипает.
Она быстро прошагала к Лизе, надвигаясь грозным облаком, забрала крольчонка, погрозила пальцем и с чувством исполненного долга гордо удалилась…
Котофей валялся на полу и хохотал, Зоряна хихикала в ладошку, Меланья смеялась открыто и весело. Остальные ведьмы пытались скрыть улыбки, но у них это плохо получалось.
Когда все немного успокоились, Зоряна обратилась к четвёртой ведьме:
– Серафима, что скажешь? Будешь испытывать?
Ведьма помотала головой и сказала:
– Я изначально говорила, что это глупая идея. Проводить испытание для ученицы этого чёрного хитрована – пустая трата времени. Если уж он взял её, значит она сильна.
– Что ж, будем считать, что Елизавета успешно прошла испытание и становится полноправным членом ковена. Конечно, у неё свой путь, но ты всегда можешь рассчитывать на помощь каждой из нас, –– продолжила Зоряна, уже обращаясь к Лизе.
*****
Счастливая Лиза выпорхнула из дома советов и увидела у крыльца бабку. Та стояла, тревожно вглядываясь в окна. Девочка увидела перед собой свою старенькую бабушку, которая так тревожится за неё, что постоянно теребит подол нарядной кофточки.
Лиза сбежала с крыльца и кинулась к Муране, крепко обняла её и заплакала.
– Ну, что ты, что ты, – успокаивала её бабка, нежно поглаживая по спине, – всё хорошо, ты молодец. И я горжусь тобой, детка! И пусть они подавятся своим ковеном, и без них проживём.
– Ба, – отстранилась Лиза, – я прошла все испытания! – со счастливой улыбкой сказала она.
– Ну, вот, а ты боялась, – теперь уже плакала и бабка.
*****
Поздним вечером Лиза с бабушкой сидели дома и пили чай с вкусным пирогом, испечённым бабулей. Девочка в который раз рассказывала Муране о том, как она проходила испытание.
Бабка то хихикала, то смеялась в голос, то стучала по столу круглой ладошкой и говорила, что так им и надо…
В доме Зоряны шла другая беседа. Ведьма сидела в своём рабочем кабинете с приятным старичком, похожим на высокого гнома.
Белая просторная рубаха, подпоясанная синим кушаком, такие же синие штаны, заправленные в мягкие невысокие сапожки. Окладистая бородка, хитрый взгляд и неизменная усмешка на губах.
– И что теперь? – спросила Зоряна старичка.
– Теперь начнётся серьёзная учёба. Сила-то у неё есть, а вот опыта и мудрости наживать надо. Годика через три будет у нас сильная и умная чародейка.
– Ох, Котофей, втравил ты меня в авантюру…
– Они мне Святогора затравили. Но Лизавету я им не отдам, – зло прищурился старик, и глаза его блеснули кошачьей желтизной.
Автор ГАЛИНА ВОЛКОВА
